Ты  нарисуй  весну…  смешай  рассвет

с  весёлым  теньканьем  смешной  синицы,

а  солнце  в  облака  втыкает  спицы

и  вяжет  день…  такой,  как  много  лет

назад,  –  и  не  такой,  бесспорно...

И  станет  синим  то,  что  было  чёрным.

Бессмертье  есть,  хоть  правды  в  жизни  нет...

В  закрытом  парке,  чуть  забрезжил  свет  –

(окурок  смятый  стеблем  сдвинув  смело)

неловкий,  бледный,  ожил  первоцвет  

и  распахнул  глаза  цветочков  белых...  (Соловей Заочник)

Пусть это будет тонко,

Будет светло по-детски,-

нет, не игра в ребенка

на возрастном отрезке

где-то давно за сорок,

не от душевной лени,

просто по жизни дорог

каждый цветок весенний,

майский ли летний, каждый,

венчик на тонкой ножке,-

так, что по цвету жажда,

жажда по бледной брошке

(Брандушка разноцветная, занесена в Красную книгу)

Синенький, белый, ранний,

невероятно нежный,

словно клочок тумана,

и огонек надежды...

(Пролеска сибирская)

Пусть это будет тонко,

Пусть это снежно даже...

Поле в душе ребенка

Оранжерей всех краше… (Светлана Скорик)

(Калужница болотная)

Растаял снег. На солнечном припеке,

Цветочки желтые на голых стебельках

Сигналят, что весна в живом потоке

Уже стоит на слабеньких ногах.

А вскоре появились листья

С пушистой, теплой стороной

Как рук святых и нежных кисти

Любимой матери, родной.

Другая сторона без ворса

И потому, так холодна.

(От мачехи не ждите форса,

Она ребенку не родна.)

Цветы на солнышко похожи.

Не зря из них венки плетут.

В весенний, теплый день погожий

Их мать — и — мачехой зовут. (гЮрЗа)

Серый шёлк предвечернего неба

Луж-зеркал отразит амальгама,

И дорожек размокшие шрамы

Не прикроет озябшая верба.

Вечерние тихи заклятья,

Печаль голубой темноты,

Я вижу не лица, а платья,

А, может быть, только цветы.

Смолкает веселое слово,

И ярче пылание щек;

То мучит, то нежит лиловый,

Томящий и странный цветок. (Гумилев Н.)

(Пальчатокоренник мясокрасный, занесен в Красную книгу)

Я подарю тебе цветок

На хрупкой и зелёной ножке...

В нём дышит каждый лепесток

Всем самым добрым и хорошим...

(Прострел луговой, занесен в Красную книгу)

Там… видишь… капельки росы

Блестят слезинкою искристой...

Вглядись внимательней… в нём Ты

С душою трепетной и чистой...

(Прострел раскрытый)

Там отражение всего...

Ты только… не ленись увидеть...

Там… прелесть мира твоего, -

А он… не создан… ненавидеть.

(Рябчик русский, занесен в Красную книгу)

Коснись губами лепестка...

И он тебе ответит тем же!

Вдохни в себя всё то, что там...

А там живут… Любовь и Нежность. (Галина Кучер)

(Адонис Волжский, занесен в Красную книгу)

Изумление — вечное дество души,

Лето красное в ласковый белый цветочек,

Снова солнышко жёлтые карандаши

До дневной остроты разорительно точит!

(Тюльпаны Шренка, занесены в Красную книгу)

Изумление — синий скандал облаков

На высоком крыльце посмурневшего полдня...

(Тюльпаны Шренка)

Неужели так было во веки веков?

 Почему же душа изумилась так поздно?...

 (Т. Брыксина)

Автор фотографий Блохин Владислав Валерьевич — наш читатель, как он скромно себя называет — пенсионер — любитель, а по-нашему мнению,- настоящий художник, умеющий увидеть в самом обыкновенном, на первый взгляд, цветке или былинке- частичку прекрасного. И показать всю эту нежность и красоту нам, живущим на этой земле и не замечающим простых чудес ранней весны...

Все фото сделаны во Фроловском районе. Красиво у нас, да? 

Спец. корр. Закладка.